READING

Новые чипсы, теперь со вкусом смерти в Театре «Пра...

Новые чипсы, теперь со вкусом смерти в Театре «Практика»

Поработать с рассказами Андреева своим ученикам Василию Буткевичу и Марии Крыловой предложил Дмитрий Брусникин. Позже ребята пригласили артиста Гоголь-центра Евгения Харитонова и нашли режиссера, Данилу Чащина, которому и приснилось название спектакля. Постановка предлагает зрителю посмотреть на тему смерти сквозь призму современной поп-культуры. Тексты Андреева, написанные на рубеже XIX-XX веков пронизаны мистицизмом, символизмом, чернотой человеческой души и препарированием смерти и самоубийства, в частности.

За полтора часа зрители вместе с актерами пройдут сеанс коллективной терапии и поговорят об одном из самых страшных и непостижимых явлений жизни – о смерти. Чащин, по собственному заявлению, последователь идей русского психологического театра, является, скорее, таким же, как и Андреев, символистом. Черная коробка зала – будто чернота земли, в которой заключен постамент-гроб; вместе с тем, это и чернота, поглощающая душу самоубийцы. В этой черноте есть коробки со светом огней, похожие на аквариумы, будто пытающиеся осветить попытки остаться жить юных героев целого ряда рассказов, ставших литературной основой постановки.

фото В. Котов

Три актера играют все роли, а для удобства зрителей отбивки между зарисовками сопровождаются видео с названием рассказа и тем, какую роль исполняет в следующем отрывке артист. На контрасте с происходящим внутри сцен в моментах перестановок из колонок громко и бодро звучит песня Элджея “Эй гайс, у меня все найс!”, намекая на то, что современные самоубийцы — адепты рэп-культуры и оптимистичных статусов в соцсетях.

В спектакле есть один сквозной персонаж Сергей Петрович, который будто коверный клоун веселит публику, чтобы она не заскучала, давая отдохнуть от сгущения красок. В то же время этот герой и приводит нас к финалу, где зритель не понимает, в какой момент произошло изменение в герое, которое приводит к желанию расстаться с жизнью, ведь все было на виду. В этом создатели спектакля и формулируют главную идею спектакля: задумайся, не пройди мимо, поговори, прояви участие, наблюдай, “проживай” смерть и тогда она перестанет быть страшна.

фото В. Котов

Актеры, создавая череду образов, не стараются сделать их сверхдетализированными или очень разными, мы видим будто разные грани одного человека. В какой-то момент даже непонятно, отделяются ли персонажи от актеров. В этом сокрыта вторая не менее важная мысль спектакля: у смерти нет лица, пола и возраста. Желание покончить с собой “универсально” и может переживаться актером на сцене и зрителем в соседнем кресле одинаково и одновременно. А при всей мистичности, смерть проста и не помпезна. Поэтому в итоге спектакль выглядит простым, спокойным и ненадрывным. Это тот случай, когда простые изобразительные средства сполна компенсируются искренней актерской игрой. И все самое страшное в спектакле возникает благодаря искусному саунд-дизайну, досконально подобранным образам и игре актеров. Ведь перед страхом смерти все равны, а коллективная терапия, в которую превращается спектакль, позволяет бояться немного меньше.

Билеты

Текст Карина Чаплинская

фотографии В. Котова

INSTAGRAM
localdramaqueen.moscow