Четыре персонажа и Большой

Большой театр открыл непростой в современных реалиях 245-й театральный сезон премьерой. И не одной, а сразу четырьмя, объединив их под названием «Четыре персонажа в поисках сюжета». Махар Вазиев ещё в период самоизоляции выбрал персонажей – западных хореографов – и предложил им создать постановки специально для труппы Большого театра. И на такое заманчивое предложение в период всеобщей неопределённости хореографы с радостью согласились.

В результате их работы с труппой получились три короткометражки по пятнадцать минут и одна внушительная (час с хвостиком) постановка. К сожалению, внушительной она оказалась только по времени, и это её погубило.

«Девятый вал» Брайана Ариаса на музыку Глинки и Римского-Корсакова открывал вечер.

Балет начался с массовой сцены и в ней же нещадно оголил невероятно предсказуемую хореографию. Первые ассоциации, которые рождаются у большинства при представлении балета «Девятый вал» на фоне видеопроекций с картинами Айвазовского, – это танцы родом из детства: «Море волнуется раз, море волнуется два». Кажется, что на сцене Большого театра так примитивно поставить не могут и хореограф непременно рассеет подобные ассоциации. Но нет, так всё и было: волны из тел, перетекающие друг в друга.

фото Натальи Вороновой

Спасли эту постановку от полного провала сольные и дуэтные вариации. Но тут возникает вопрос, кого благодарить: хореографа или артистов Большого театра.

Первый дуэт – Екатерина Крысанова и Владислав Лантратов: страстные, эмоционально накалённые, наэлектризованные танцем и своим партнёрством, точные, гибкие и очень пластичные. В противовес им эмоциями, но не техникой исполнения, показал себя другой дуэт – Евгения Образцова и Артемий Беляков: нежные, тонкие, душевные, казалось, что очень ранимые и трепетные, то такие же бесконечно гармоничные в своём партнёрстве и техничные в исполнении. В сольной партии приятно удивил Якопо Тисси, у которого слились воедино образ, мысль хореографа и его исполнение.

«Девятый вал» – самая длинная постановка вечера, и несколько раз танец и музыка создавали ощущение, что вот – конец. Но нет, всё продолжалось дальше. А лучше бы автору воспользоваться одной из этих промежуточных концовок. Ведь если бы не долгий театральный перерыв, то воспринималось бы всё ещё тяжелее.

Антракты в этот вечер не просто разделяли постановки, они отделяли впечатления со знаком минус от тех, что со знаком плюс. Второе отделение подарило следующие друг за другом две лучшие постановки этого вечера, разрываемые лишь несколькими минутами и приглушённым светом. Они оказались схожи и по настроению, и по стилю: нерв, надрыв, хореография, которая не отпускает взгляд, и идеальные танцовщики. Но при этом, конечно, неправильно будет назвать их одинаковыми.

Начал Симоне Валастро и его «Всего лишь» на музыку Дэвида Лэнга. Первый звук, первое пронзительное движение Ольги Смирновой, и стало очевидно, что это хореографический продукт совсем другого уровня, нежели постановка, открывающая вечер. Кроме совершенно невероятной Ольги на сцене были два очень красивых и гармоничных дуэта – Анастасия Сташкевич и Вячеслав Лопатин, Мария Виноградова и Игорь Цвирко. Они писали своими телами истории любви, грустные и правдивые, которые, как это и должно быть в современной хореографии, каждый прочитает своими словами.

фото Натальи Вороновой

Для Симона Валастро отправной точкой для создания этой постановки стала музыка. И чувствуется это без лишних слов. Шаг, жест, движение; одно, другое, все – рождены музыкой. И такое единение музыки, танца и исполнителей и создаёт поистине целостное произведение, достойное называться этим самым объёмным словом «произведение». И здесь, в отличии от первой постановки, финал случился резко и неожиданно, а его хотелось хоть чуточку отложить.

Отстав всего лишь на полшага от «Всего лишь» (пожалуй, в первую очередь за счёт музыки), на втором месте по силе впечатления оказалась постановка «Угасание» Димо Милева на музыку Энрике Гранадоса. Хореографа на идею этой постановки натолкнула история композитора Гранадоса, который предчувствовал, что погибнет в катастрофе, и погиб в итоге при немецкой атаке на корабле во время Второй Мировой войны, спасая свою жену.

«Угасание» – это не рассказ об этой истории, это передача ощущения от неё. И автору вполне удалось донести его до зрителя, дав всё прочесть в историях любви (трагичных и пронзающих), которые рассказали Екатерина Крысанова и Владислав Лантратов, Мария Виноградова и Игорь Цвирко, Дарья Хохлова, Дмитрий Ефремов и Анна Балукова.

фото Елены Фетисовой

И, наконец, «Тишина» Мартина Шекса на музыку Арво Пярта – финальная постановка вечера, которая и по произведённому впечатлению оказалась последней. К сожалению, автор растёкся по тексту хореографии, не дав никакого индивидуально материала исполнителям для того, чтобы те могли себя выразить. А постановка всё-таки задумана как личностная, с разным текстом для артистов. И, к ещё большему сожалению, «Тишина» не оставила после себя в памяти ничего, кроме огромного диска, висящего над сценой, и не самых удачных костюмов.

фото Натальи Вороновой

С большой долей вероятности можно сказать, что в других театральных реалиях этот вечер не случился бы, а если бы и случился, то был бы принят куда прохладнее. Но по факту он был таким долгожданным и желанным и для зрителей, и для артистов, что на каждом выходе исполнителей на поклоны хотелось улыбаться до ушей, аплодировать до боли и читать в глазах знакомых и не только: «С открытием сезона! И пусть он не перейдёт в онлайн, как минувший!».

Текст Юлия Фокина


INSTAGRAM
ldq.theatre