READING

«Война и мир» Юрия Грымова: та «экранизация», о ко...

«Война и мир» Юрия Грымова: та «экранизация», о которой мы так мечтали

У постановки «Войны и мира» Юрия Грымова долгая и мистическая история создания: три года подготовки и разработки идеи, три отказа от театров и около трех месяцев репетиций в «Модерне”, которым уже третий год руководит режиссер. Чуть больше трех часов сценического действия, три акта.

Юрий Грымов отказывается от понятия “спектакль” в привычном нам смысле, ему вторит руководитель хора имени Свешникова Евгений Волков, называя их “Войну и мир” синтетическим действом, мистерией. На сцене “Модерн” уникальное произведение: академический хор становится полноценным участником действия, персонажем. Специально же написанная для него партитура состоит из двух пластов – музыки той эпохи (Бортнянский, Чесноков, Свиридов, Россини) и современных произведений (тему Наташи и еще несколько других написал Питер Гэбриэл, с которым Юрий Вячеславович давно хотел поработать).

На вопрос “почему именно сейчас” авторы замечают, что экранизации “Войны и мира” обычно возникали на рубеже, а сейчас, когда повсеместно упоминания о войне в СМИ и в умах людей, особенно важно вспомнить, что “всех уравнивает война” и “когда мир – все хотят воевать, война – все хотят мира”. Здесь нет миссионерской идеи заставить всех прочитать роман, хотя надо отдать должное, после просмотра хочется еще раз взять в руки книгу и перечитать[1]. А создатели вспоминают, что каждый раз, потянувшись к книге сверить детали, они зачитывались и теряли себя в ней.

Фотограф Игорь Верещагин

Версия Грымова имеет подзаголовок “Русский Пьер”: акцент сделан на преображении Пьера в Петра Кирилловича, от масонства-сектантства к вере в Бога, от преклонения перед Наполеоном и западничества к русскому патриотизму. В роли Пьера Безухова Александр Колесников; кажется, он буквально сошел со страниц книги, настолько идеально внешнее попадание в сочетании с его игрой. Высокий, “несколько больше других”, оттого сутулый и порывисто-несуразный Пьер Александра проходит свой путь на глазах зрителя и ему веришь абсолютно.

Здесь в целом потрясающе подобраны актеры: совсем девочка-дитя Наташа (и пусть белокурая, ценители деталей, не гневайтесь), смешливая, живая (Ирина Лукина); надменная Элен (Мария Орлова), красивая в своей некрасоте Марья (Марина Дианова), строгий, еще не старик Болконский (Андрей Давыдов). Прекраснейший Анатоль Александра Шама: рисующийся красавчик, трусоватый, бравирующий, но при этом все же вызывающий сочувствие. Их сцены с Элен вызывают в памяти воспоминания о бессмертных героях Шодерло де Лакло. А их отец князь Василий (Константин Комушкин) повадками напоминает Александра Невзорова. Здесь показаны почти все ключевые герои романа: нет лишь Пети Ростова и Сони, но зато колоритно присутствуют фельдмаршал Кутузов и император Наполеон.

Фотограф Игорь Верещагин

За три часа двадцать минут мы успеваем пройти все четыре тома: широкими мазками показаны основополагающие сцены каждой из частей. Не хватало только смерти старика Безухова и того, самого первого Пьера, но и без этого линия героя простроена максимально. После каждой сцены хочется хлопать в ладоши и говорить “да!”. Это как мечта книгофила, у которого идеальная экранизация — это перелистывать развороты книги. И хочется бесконечно разбирать детали, костюмы, цвет и музыку, но это украдет первое впечатление у будущего зрителя. Из легких сцен “Мира” больше всего мне запомнились бесконечно смешное сватовство Анатоля к княжне Марье и линейка сцен соблазнения тем же Анатолем Наташи и до момента ее объяснения с Болконским. Они гениальны в своих деталях.

“Война” же показана настолько живо и без прикрас, что становится больно. Бесконечная дорога потерь и страданий в сочетании с мощнейшей музыкой и хором. Сцены Бородинского сражения или исход французов вызывают мурашки по спине.

Фотограф Игорь Верещагин

Кажется, такое эпохальное произведение невозможно уместить на театральной сцене. То, что мы видим на сцене театра «Модерн» уникально: здесь почти нет декораций, по факту это пустая сцена с минимум появляющихся и также исчезающих предметов. Все решено через свет, музыку и костюмы.

Фотограф Игорь Верещагин

В рамках постановки художником-постановщиком Ирэной Белоусовой было создано 423 роскошнейших костюма. А всего занято в действии около ста человек, включая всю труппу, хор и цеха театра. Действие выливается за пределы зала, и это один из главных сюрпризов от создателей. Здесь очень важно не опаздывать к началу (как самой постановки, так и последующих актов). И это не прихоть режиссера или просто даже дань уважения, а лишний подарок себе и возможность полнее погрузиться.

Билеты 

Текст Ольга Шишорина


[1] Автор читал произведение трижды и крайне к нему неравнодушен 🙂


INSTAGRAM
localdramaqueen.moscow