READING

Центр имени Вс. Мейерхольда — театр, где зажигаютс...

Центр имени Вс. Мейерхольда — театр, где зажигаются новые звезды

Необычное здание

Как мы обычно внешне представляем себе театр? Отдельное стоящее здание, яркие (или не очень) зазывающие афиши. Однако, вполне вероятно, что многие прохожие, спешащие по делам мимо станции метро Менделеевская, и не догадываются, что шестиэтажное здание прямо у выхода из метро — одна из лучших театральных площадок столицы, Центр им. Вс. Мейерхольда.

В большом и малом академическом закулисье авторы localdramaqueen.moscow уже бывали — театры подобные МХТ или Вахтангова имеют не только схожую структуру театральных помещений, но и похожую друг на друга строго упорядоченную схему работы театрального закулисья. Тем интереснее было увидеть изнанку самой необычной театральной площадки Москвы и задать сотню вопросов людям, которые о ее работе знают, кажется, абсолютно все.

На первом этаже совсем небольшое фойе, где есть только гардероб, выход к лестнице и несколько лифтов. Здесь нас встречает пресс-атташе театра Софа Кругликова и технический директор Александр Климушин. С ними мы проведем следующие 2 часа, путешествуя по 6-ти этажам ЦИМа.

Александр начинает с истории создания театра — когда в начале 90-х квартал застраивался для бизнеса, часть одного из зданий девелоперы передали для нужд городу. Именно здесь по задумке одного из инициаторов образования театра, а ныне его Президента, Валерия Фокина, должна была быть создана необычная по тем временам площадка для творческих поисков независимых художников. И вот эта идея успешно реализуется почти 30 лет спустя.

Как создаются спектакли ЦИМа?

Сам формат ЦИМа еще совсем недавно был достаточно нестандартным для российской действительности, привыкшей к строгой форме «репертуар+труппа». Не зря театр носит имя главного экспериментатора русского театра. ЦИМ — это площадка для молодых театральных команд, место для первых шагов и смелых заявлений молодых творцов. Место, где рискуют и где зажигаются новые звезды. Резидентами здесь являются, в том числе, театр «Июльансамбль», Мастерская Дмитрия Брусникина, Антикварный цирк. Среди отдельных фамилий — Александр Молочников, Елена Ненашева, Саша Денисова.

Тут ставят современную драматургию, детские и междисциплинарные спектакли, принимают гастроли других театров, в том числе в рамках фестиваля Золотая маска и Фестиваля «Территория».

«Эта площадка — совершенный эксперимент, — рассказывает Александр, пока мы поднимаемся все выше и выше по лестнице. — Здесь возможности даются молодым людям, которые могут сделать что-то очень крутое и дать старт своей карьере»

Как же создается спектакль в театре, где нет по сути ни труппы, ни четкой команды штатных режиссеров? Путей, рассказывает Александр, пока мы проходим узкими коридорами театра, на самом деле сразу несколько. Если в внутри самого театра родилась идея об осуществлении постановки, ЦИМ нанимает режиссера, актеров, художников, предоставляет помещение для работы. А может быть другая ситуация — когда в ЦИМ приходит режиссер со своей командой, представляет свой проект, просит какие-то условия, обе стороны решают, вступать ли в сотрудничество или нет. При этом процесс творчества в театре постоянен, и работа тут кипит непрерывно.

«Мы существуем для того, чтобы негосударственным коллективам было где жить» — замечает Софа.

Спектакли также рождаются в Резиденции Blaсk Box — в рамках конкурса, на котором театральные команды представляют свою идеи, жюри выбирает проект и, при получении финансирования, создается полноценный спектакль. Так были созданы «Абьюз», «Конституция». Спектакль играется несколько раз и снимается с репертуара, уступая место другим постановкам. Исключение может быть сделано только в случае невероятного зрительского успеха.

Путешествие по этажам

Второй этаж еще недавно сдавался в аренду банку, но сейчас у театра есть планы по устройству там еще одной сцены на 100 мест, осталось решить вопрос соответствующего финансирования. Такая площадка очень важна для театра и позволит значительно расширить репертуар. Сейчас в распоряжении ЦИМа основная сцена на 320 мест и совсем маленькое пространство Черного зала.

Третий этаж отдан администрации и цехам. На четвертом расположились технические помещения, Черный зал и уютное кафе с небольшой сценой. После первых показов спектаклей авторы спектакля нередко проводят здесь обсуждения увиденного со зрителями. Есть теперь свое помещение и у театра «Июльансамбль», худрук которого, Виктор Рыжаков, является также художественным руководителем ЦИМа.

«У нас единоначалие — директор и худрук в одном лице, Виктор Рыжаков. С приходом новой команды Виктора Рыжакова мы стали театром с более широкими возможностями. У нас уже есть репертуар, но нет своей труппы, и мы можем работать с любыми артистами. Директор раньше просто решал быть или не быть постановке. Теперь Виктор Рыжаков руководит художественной стороной процессов. Ставит он сам, ставят наши партнеры, ставят резиденты»

В противовес большинству больших академических театров, где за дверьми, куда нет входа публике, прячется масштабное закулисье и бесчисленные площади цехов, гримерок, и мест хранения декораций, в ЦИМе, по сути, все на виду. Закулисная часть не просто крайне невелика, но и порой весьма условна — например, в административных помещениях третьего этажа проходят кружки театра (о них чуть позже). Помещений мало, но есть все необходимое, включая гримерки и прачечную комнату. А вот комнат хранения реквизита и правда совсем мало. Мы проходим в небольшой машинный цех — тут стоят детские коляски, лежат мешки гальки, к стене прислонен картон, который используется для спектакля «Солнечная линия».

Конечно, то, что в театре стал постепенно формироваться репертуар, появлялись постановки, постоянно играемые на площадках, не могло не сказаться на жизни технических служб — в театре возможности хранить декорации для основной сцены нет, декорации для спектаклей Черного зала едва умещаются в одном помещении. Сегодня здесь налажена стройная логистика — декорации и реквизит к спектаклям театр, еще недавно обходившийся без дополнительных складских площадей, теперь хранит и транспортирует в контейнерах.

Александр (который, за три сезона работы в ЦИМ не просто создал здесь отлаженную систему работы технических служб, но и знает, похоже, каждый сантиметр пространства и назначение каждого предмета реквизита) охотно рассказывает о задачах, которые ставятся перед техническими директорами после обсуждения возможных вариантов реализации творческого замысла режиссеров и художников. Например, однажды ему понадобилось привезти из леса сосну для спектакля малой формы (в любом малом зале бутафорское дерево видно сразу), достать где-то ветки деревьев для спектакля «Хочу ребенка» (и сделать это абсолютно законно в условиях юридического запрета даже на сбор валежника).

Основная сцена

Главный пункт нашего путешествия, конечно, основная сцена ЦИМа на 320 мест, и тут нам очень повезло — во время экскурсии на ней кипит работа, монтируются декорации к премьерному спектаклю «Зарница».

Сцена-трансформер имеет регулируемый партер, из которого можно «сочинить» любую конфигурацию, отвечающую потребностям того или иного спектакля. Например для «Зарницы», где художник хотел углубление в центре зала, ряды партера подняли, а внутри установили подиум с углублением (углубить сцену ЦИМа, расположенную на 6 этаже здания, невозможно). Монтаж «Зарницы» начинается в 8 утра, и помимо работы со зрительными местами и сценой, идет сложная работа со светом и установка технических устройств.

Сцена ЦИМа позволяет как угодно менять пространство, по всему периметру расположен балкон, где можно разместить софиты, также свет удобно устроен сверху, что дает возможность быстро менять конфигурацию софитов для разных спектаклей. Как и в больших театрах — огромный грузовой лифт, двери которого открываются прямо в зал. Сколько раз я была на этой сцене — и никогда их не замечала!

По словам Александра и технические возможности и квалификация специалистов позволяют создать любой художественных замысел, потолок для которого — только финансовые возможности театра. И чего только не видела сцена экспериментального ЦИМа.. На сцене в спектакле «Жена гения» все пространство было залито водой, которую 3 часа закачивали с помощью насосов, а для одного из гастрольных спектаклей на основную сцену привезли «Камаз» грунта… Не обходилось и без форс-мажорных ситуаций, которые спустя время, конечно, уже воспринимаются своеобразной театральной байкой. Так произошло, например, на гастролях театра Schaubuehne (Берлин). Утром в день спектакля фуру немцев с декорациями не пропустили на границе. Выяснилось, что на сцене должна быть воссоздана настоящая помойка. «Ну, помойку-то мы соберем!» — уверил взволнованных коллег Александр и с реквизитором немцев пошел по помещениям ЦИМа искать подходящие вещи в реквизите других постановок, покопались и в ближайших помойках, а на ближайших почтах нашли старые газеты…

«У нас без этого нельзя!»

Работа в ЦИМе идет непрерывно, где-то монтируют декорации, где-то репетируют, и творческий процесс никогда не ограничивается графиками выпуска спектакля. Даже перед самой премьерой как молодые дебютанты, так и опытные режиссеры зачастую могут до конца не понимать, как все будет выглядеть. Для организационных вопросов работы это, конечно, минус, но для конечного продукта в театре — идеальная почва для творческого развития и рождения новых идей.

«У нас не так, как в больших театрах, где есть график на 2 года вперед. — говорит Александр. — У нас зачастую даже на выпуск спектакля график только предположительный. Вот мы знаем, что выход из театра у нас в 23.00 а вход в 9.00, а тут уж как пойдет…»

Это очень стандартная ситуация для премьерных недель, но в остальном ЦИМ позволяет сохранять баланс рабочего и личного, не предполагает абсолютного подчинения и служения делу, как это часто происходит в академических театрах-семьях.

«Наверное, это и есть для нашего театра залог удачного экспериментального творчества, которое с трудом выносит рамки, — замечает Александр. — От тебя никто не требует постоянно быть в театре и с театром. Но когда мы вместе делаем какое-то дело, мы понимаем, что вот сейчас все или ничего и надо впрягаться.»

В отличие от каких-то других профессий, здесь, если тебе не будет нравится то, что ты делаешь, то никогда не получится спектакля, невозможно этим заниматься, уверены и Софа и Александр. Потому что любая постановка ЦИМа — это процесс непрерывного совместного творчества, когда все — включая монтировщиков — вкладывают что-то в этот спектакль.

«Вы театр-то любите! А ЦИМ? У нас без этого нельзя!» — сказал Софе Виктор Рыжаков, когда она только пришла работать.

И действительно, как иначе? На выпуске спектакля его создатели — как актеры, так и работники сцены — могут по несколько дней не выходить из театра, в буквальном смысле спать между рядами партера.

«Ты не можешь не любить спектакль, когда видишь, по каким крупицам его собирают…» — говорит Софа, когда мы с балкона смотрим, как на сцене создается к завтрашнему спектаклю мир «Зарницы».

В ЦИМе ГОТОВЯТСЯ ПРЕМЬЕРЫ:

«Русский рок», спектакль театра «Эскизы в пространстве, режиссер Дмитрий Мышкин. Информация о билетах

«Урод», спектакль «Июльансамбля» по пьесе Мариуса фон Майенбурга, режиссер Артем Дубра. Информация о билетах появится позже.

«Питер Пэн. Фантомные вибрации», совместный спектакль ЦИМа и «Июльансамбля», создатели режиссер Роман Феодори и хореограф Александр Андрияшкин.

Информация о билетах на официальном сайте

Кружки ЦИМа

Для тех, кто хочет глубже погрузиться в жизнь театра, получить интересные навыки, необычный опыт и открыть для себя творческие возможности, попробовать себя в творческой профессии, не проходя семь кругов ада приемных комиссий театральных вузов и 4 года бессонных ночей учебы, в ЦИМе реализуется уникальный проект — кружки для всех желающих по самым разным дисциплинам, от сценречи до театральной критики. Тут учатся писать пьесы и обсуждают театральный блогинг. Театру интересно понять, кто его зритель и кто его критик , и кружки — это прекрасный способ вести со зрителем диалог лицом к лицу.

Информация об актуальных кружках ЦИМа

фотографии Марина Истомина


INSTAGRAM
localdramaqueen.moscow