Гоголь-центр: Человек или персона?

Что есть человек? Имеет ли право и возможность каждый человек оставаться собой, совершать осознанный выбор, вне зависимости от того, что ждут от него окружающие и какую роль они ему заготовили.

Евгений Казачков – один из ведущих молодых драматургов России – написал пьесу по сюжету фильма Бергмана. Известная актриса замолкает и отказывается говорить с окружающими, она здорова и это ее выбор, но от врачей ждут чуда. Тогда главный врач больницы идет на отчаянный и вместе с тем продуманный шаг – привлекает молодую медсестру, которой оставляет лишь эту задачу. Мотивация медсестры в данном случае – это смесь желания быть нужной и необходимости зарабатывать на жизнь, поэтому она соглашается на выполнение этой работы.

Нужно сказать, что «Персона», как и большинство постановок на малой сцене «Гоголь-центра», решена в минималистичном оформлении. Идеально подобранные актрисы – вот главная победа спектакля. Три поколения женщин, три поколения актрис.

В канву повествования очень органично вплетены монологи древнегреческих трагедий, ведь актриса перестает говорить во время спектакля об Электре. Эти монологи читает Ольга Науменко, исполнительница роли врача, представительница старой гвардии еще театра им. Гоголя. Исполнительница же роли актрисы Юлия Ауг действительно молчит большую часть спектакля и играет лишь глазами и движениями, зато делает это мастерски. Мария Селезнева – представительница более юного поколения актерского состава Гоголь-центра, играет медсестру, которая и должна «разговорить» актрису.

Проводя дни напролет вместе, героиня Селезневой попадается на удочку актрисы. Принимает ее реакции за искренность, воображая некую духовную близость между ними. Но в тот момент, когда врач открывает медсестре глаза на истинное положение вещей, зритель попадает в плен Юлии Ауг. В какой-то момент возникает полное ощущение присутствия и непонимания, кто говорит с тобой со сцены: персонаж или реальный человек, написанный ли это текст или история разыгрывается в реальном времени.

При сдержанной и достаточно минималистичной сценографии, режиссером и художниками создано несколько действительно ярких образов. Стены, становящиеся экранами, яркие апельсины, которые актриса раздавит в сок, колка грецких орехов, которые как и актрису не «расколешь» голыми руками – из мелочей внутри минимализма складываются цельные персонажи.

Интересно, что вся заявленная в работе над спектаклем группа – сплошь женская, кроме автора текста. Несмотря на то, что проблема поиска себя и своего места в жизни не имеет пола, тем не менее с женским лицом она более пронзительная. Тем ценнее чуткость автора в выборе слов и интонаций внутри текстовой составляющей.

В финале постановки каждому зрителю в зале дается возможность помолчать и в тишине попытаться услышать себя. Опыт с преждевременными аплодисментами, которые безусловно являются частью спектакля в целом, важен для проживания внутренней зрительской истории. После этого реальный финал отзывается каждым словом, глухо и одновременно звонко внутри смотрящего. Прощальный титр, ставящий точку в повествовании, кажется неутешительным и безнадежным, не дающим возможности разорвать порочный круг, внутри которого замкнута актриса. Но магия, происходящая на сцене догонит зрителя после выхода из зала, потому что можно и не разрушить обстоятельства, но переродиться внутри них. Это ощущение надежды, которая еще не умерла – самое ценное ощущение от спектакля, аплодисменты после которого оглушают своей громкостью.

Билеты

Текст KarinaCha

фото gogolcenter.com


INSTAGRAM
localdramaqueen.moscow